— Беспощадное железо, Сталь, могучая изменой! Ты величия не знало, Молоком неудержимым Из сосцов девичьих брызнув, Из тугих грудей пролившись. Ты величия не знало, Когда пряталось в болоте, Где тебя топтали волки И давил медведь мохнатый. Ты величия не знало, Когда, взяв из черной топи, В горн, сияющий от жара, Тебя бросил Ильмаринен. Ты величия не знало, Клокоча кипящей лавой У огня в жилище жутком И навек давая клятвы Не язвить людского рода. Ну а ныне, став великим, Ты от ярости трепещешь, Честь и клятвы преступило, Сделавшись началом бедствий, Проливая кровь людскую. Кто тебя ко злу принудил? Лютостью такой насытил? Воротись, железо, с миром, Осмотри свою работу И поправь беду умело — Затвори ворота крови. Кровь, остановись, довольно! Ток умерь и стань недвижно, Как стоит во мху осока, Как стоит валун на поле, Как вода — в окне болотном. Ну а если бег умерить Ты не можешь по природе, То струись по телу в жилах, Не багря камней и пыли. Жить тебе пристало в сердце, Печень с легкими — твой погреб: Возвращайся в дом, не мешкай, Нет нужды лицо кропить мне. Если же меня не слышишь, Укко есть, живущий в тучах, Укко есть, держатель мира, Укко есть — твой рот зажмет он, Положив листов лазурных, Высыпав цветы златые. Снизойди, отец великий! Снизойди — запри рукою Эту рдеющую рану, Запруди потоки крови!